Колонка редактора

Колонка редактора


 


Точки соприкосновения

 

В детстве на многие вопросы мы искали ответы в книгах. Доверяли им и сравнивали себя с персонажами-сверстниками. Одним из них был мальчик с редким именем Гапур. Он жил с родителями в городе, учился в школе, а на каникулы уезжал к бабушке в маленькое селение Сунжа-Юрт. У него все было как у нас, живущих далеко от Чечни и Ингушетии: настоящая дружба – с тайнами и клятвами, добрые соседи, мудрая и заботливая бабушка.

 

Нас связывало общее – одно на всех – счастливое детство. А то, что Гапур – ингуш, не имело значения. Мы и не думали, что когда-то для многих это станет важным…

 

Каким бы сейчас мог стать Гапур из Сунжа-Юрта? Знаменитым художником, ученым, врачом? А может быть, пошел бы воевать во имя своей «этнической исключительности»? Или… не за идею, а потому что заставили? Или от обиды? Всегда найдется причина, чтобы схватить автомат. В гневе человек безрассуден. Какие уж тут точки соприкосновения?

 

Когда мы их не видим и утрачиваем накопленное веками, забываем бабушкины сказки о добре и зле, и внутренний – единственный верный – голос из детства глушат призывы националистов, – проявляется национальное самосознание. Вот тогда политики и задумываются над «проблемой проживания этносов на одной территории».

 

Нельзя отказываться от почти векового сосуществования в едином, как минимум, – культурном – пространстве. В то время слово «национальность» было уместно там, где речь шла о культуре и традициях.

 

Хотя были и исключения – недобрые шепотки за спиной. Они и вызвали этнический синдром, и сейчас уже не шепчут, а заявляют во весь голос: «Россия для русских», «Армения для армян», «Грузия для грузин»…

 

Хочется задать вопросы. Как в детстве. Отчего появляется национализм? От бессилия? Невежества? Ограниченности? И что можно сделать, чтобы он не рос? И есть ли такие книги, в которых можно найти ответ? 

 

P.S. Одно мы знаем точно – нет национальности у нравственного закона внутри нас. С ним мы приходим в этот мир и уходим. Остается чистое горное эхо, грустная мелодия и единственный верный голос – из детства.