Интернет-магазин nachodki.ru

Россия - Прибалтика. Сергей Жарков

2007-05-11

     На протяжении всей новой истории Прибалтика являлась важнейшим геополитическим регионом, связывающим Россию с Европой. Победа в русско-шведской войне и Ништадский мир 1721 года, согласно которому Лифляндия, Эстляндия, Ингерманландия передавались России "в совершенное непрекословное вечное владение и собственность", возвели Московское царство в ряд мировых держав. А перенос столицы из Первопрестольной в появившийся в устье Невы Санкт-Петербург превратил российских монархов из азиатских царей в европейских правителей, запросто ведущих переписку с лучшими людьми Европы.

        Не потеряла своего значения для России Прибалтика и в новейшее время. После окончания гражданской войны в зоне Балтийского моря появилось несколько новых государств, в том числе Литва, Латвия, Эстония. Просуществовав немногим более 20 лет, эти государства были аннексированы СССР по советско-германскому договору, подписанному министрами иностранных дел СССР и Германии Молотовым и Риббентропом. Именно этот шаг советского правительства, вызванный напряженной военно-политической обстановкой в Европе того времени, во многом осложняет сегодняшние отношения между прибалтийскими странами и Россией. Посмотрим, что это за проблемы, и попробуем представить пути их решения.

 

ГРАНИЦА

 

        После распада СССР Россия включилась в международный процесс как правопреемница бывшего СССР по ряду международных договоров. При этом границы с бывшими союзными республиками Россия устанавливает на двусторонней основе. Так, после вхождения Литвы, Латвии и Эстонии в ЕС 1 мая 2004 года, для правительств этих государств одной из важнейших стала проблема заключения договоров о границах со своими соседями, в том числе и с Россией.

 

Литва

        У Литвы нет поводов иметь к России территориальные претензии. Сухопутную границу с Литвой имеет только Калининградская область, которая так же, как территория бывшей Клайпедской области Литвы, вошла в состав СССР в числе других северных земель Восточной Пруссии по решению Берлинской конференции. Виленская область, отошедшая в 1940 году, после ликвидации Польши, к Литовской ССР осталась в составе Литвы и после распада СССР. Поэтому особых проблем при подписании Договора о границе между Россией и Литвой не возникало. В 1997 году договор был подписан, в 1999 году ратифицирован литовской стороной, а когда стала актуальной тема транзита через Литву из Калининградской области на остальную территорию России, договор ратифицировала и российская сторона.

        Надо сказать, что тема транзита последние несколько лет являлась одной из ключевых в отношениях двух государств. Проблемой номер один до сих пор остается следующее: для того чтобы гражданам России, проживающим в Калининградской области, попасть в Россию поездом, необходимо иметь заграничный паспорт и визу. Первоначально официальные литовские представители уверяли российскую сторону в том, что в качестве решения проблемы российского транзита через литовскую территорию в Калининградскую область у Литвы будет договоренность между Россией и ЕС.

        В конце 2004 года, сразу же после принятия Литвы в ЕС, литовский сейм стал открещиваться от документов, выработанных Москвой и Брюсселем. В частности, от соглашения между Россией и Евросоюзом, заключенного в ноябре 2003 года, об организации скоростного поезда с безвизовым режимом. В резолюции литовского сейма от 13 сентября 2004 года говорится, что на российских поездах, следующих через территорию Литвы без какого-либо контроля со стороны литовских властей, будут действовать правовые акты России, что ставит Литву в сомнительное положение среди членов Евросоюза, так как на данное исключение (в правилах транзита) пришлось бы пойти только Вильнюсу. Поэтому Вильнюс, пойдя на подписание Договора о границе, отказался подписать с Россией договор о транзите российских граждан через свою территорию, мотивируя это тем, что Литва таким образом утратит часть своего суверенитета.

 

Латвия

        Во взаимоотношениях России и Латвии в пограничном вопросе дело обстоит сложнее. Перед саммитом Россия – Балтия, который должен был состояться в мае 2005 года, латвийская пресса выступила с "разъясняющей" декларацией, где речь шла о приоритете давно утратившего силу Рижского мирного договора от 11 августа 1920 г. и тем самым подтверждались территориальные претензии Латвии к России. В декларации, в частности, говорилось, что стороны подтверждают значение Мирного договора между Латвией и Россией от 11 августа 1920 года как юридически обязывающего документа, который не только определил основные принципы отношений между обеими странами, но и способствовал дальнейшему укреплению государственности и международному признанию Латвии и новой России. "Несмотря на существенные изменения международных политических реалий и норм международного права с момента его заключения, этот договор и уровень понимания в нем выраженной законности, взаимного уважения государств и обоюдной выгоды не теряет силу и сегодня".

        Естественно, что подписание Договора о границе между Россией и Латвией в таком виде теряло всякое значение для России, поскольку Пыталовский район Псковской области до 1944 года входил в состав Латвийской ССР, и сегодняшние латвийские власти получили бы возможность в будущем предъявлять России территориальные претензии. Так Договор о границе, который был согласован еще в 1997 году, снова перешел в "зависшую" стадию. Депутаты латвийского сейма, кстати, сразу же обозначили причины, которые не позволили ратифицировать договор без всяких дополнительных деклараций. Известный своими националистическими и шовинистическими высказываниями депутат Кирштейнс, на тот момент глава парламентской комиссии по иностранным делам, озвучил четыре возможных варианта позиции Латвии при заключении договора с Россией и, прежде всего, отверг вариант договора, в котором вообще не упоминается слово "оккупация".

        Отказ от ратификации он обосновывал тем, что если закон будет ратифицирован без упоминания слова "оккупация", то нечего будет и жаловаться о последствиях в контексте вопроса с национальными меньшинствами, гражданства и т. д. В таком случае, продолжал он, возникнет вопрос: если не было оккупации, почему тогда у нас появился такой Закон о гражданстве? Латвийские власти сами назвали причины, по которым в настоящий момент граница России с Латвией, как страной ЕС, признается временной демаркационной линией. Если абстрагироваться от заявлений политика и вспомнить слова премьер-министра Латвии  Калвитиса, заявившего, что "целью России было подписать такие пограничные договоры, которыми можно было доказать миру, что мы (страны Балтии) – новые государства, образованные в 1991 году", то это становится совсем ясным. Страны Балтии это не устраивает.

 

Эстония

        Сейчас больше всего противоречий возникает в вопросах границы между Россией и Эстонией.

        Россия решила аннулировать уже подписанный пограничный договор между двумя государствами. Почему? После того, как Закон о ратификации поступил в парламент, эстонская оппозиция провалила договор в том виде, в котором он был подписан министрами иностранных дел, с перевесом в два голоса. Вместо того чтобы отложить голосование и поработать с оппозицией, в Таллинне решили форсировать решение вопроса. В ратификационный закон была включена преамбула с пассажем, который апеллирует к 1918 году и создает предпосылки для предъявления России в дальнейшем новых территориальных и иных претензий. Эстония при этом попала в трудное положение. Министры иностранных дел стран ЕС по запросу Эстонии обсудили Пограничный договор России и Эстонии, но какого-то положительного для последней решения не приняли. ЕС, отметив, что речь идет о сугубо двустороннем вопросе, выразил сожаление, что возникла такая ситуация, и пожелал обеим сторонам поскорее ее разрешить. Понятно, что портить отношения с Россией страны ЕС вряд ли захотят и что Россия ни под каким предлогом договор с преамбулой подписывать не будет. Эстонии, как члену ЕС, важно не иметь проблем с границей, ей придется договариваться с Москвой самостоятельно. Нужно будет подчиниться обстоятельствам и в подобающей форме отказаться от всех своих требований. Что для "маленькой и гордой" страны с завышенными политическими амбициями сделать очень сложно.

 

        Неподписание пограничных договоров двух прибалтийских стран с Россией вредит, прежде всего, этим странам, так как не позволяет им без осложнений присоединиться к Шенгенскому договору. О чем, кстати, упоминала латвийский президент Вике-Фрайберга. Она считает, что декларация латвийского МИД может быть истолкована как выдвижение территориальных претензий. Теперь у Латвии, по словам Вике-Фрайберги, есть три пути: "Мы можем смириться и получить демаркированную границу без Абрене, что позволит нам контролировать рубежи, а также без каких-либо осложнений присоединиться к Шенгенскому договору. Или же ждать, когда Россия станет покладистой и в знак любви к Латвии отдаст Абрене обратно. Третий вариант – отвоевать Абрене силой". И, по ее мнению, наиболее рациональным вариантом действий является первый. России же остается только дожидаться, когда этот рациональный взгляд возобладает у большинства политических деятелей прибалтийских государств

 

ГРАЖДАНСТВО

 

        Следующий клубок противоречий между Россией и Прибалтикой еще более запутан, и начало его в законах о гражданстве в прибалтийских странах. И если в Литве, в которой число русскоязычных даже в советские годы не превышало 8–10 % от всего населения, признание их гражданами Литвы не вызвало особых затруднений, то в двух других государствах эта проблема до сих пор одна из трудноразрешимых.

 

Латвия

        Говоря о гражданстве в Латвии, нельзя не вспомнить события конца 1980‑х – начала 1990‑х годов, когда в печатном органе Народного Фронта Латвии, газете "Атмода", с завидным постоянством выходили статьи о том, что никто у русскоязычного населения Латвии отбирать гражданства не собирается и в их отношении будет применен так называемый "нулевой вариант", по которому гражданство получат все, и даже так называемые "мигранты" – русскоязычные, прибывшие в Латвию после 1940 года. Кроме того, принцип равноправия в вопросе о гражданстве был декларирован на II съезде Народного Фронта Латвии и зафиксирован в программных документах НФЛ.

        Но "…Народный Фронт обманул русскоязычное население страны, отказав ему в равных правах на получение гражданства" – констатировал лидер Народного Фронта Янис Юрканс – первый министр иностранных дел независимой Латвии, после чего получил отставку. Позже и другие лидеры НФЛ, в частности Годманис, Иванс, говорили о своем сожалении в связи с отходом НФЛ от первоначальной позиции по гражданству.

        Принцип автоматического предоставления гражданства был зафиксирован в Договоре об основах межгосударственных отношений ЛР и РСФСР, подготовленном при участии руководства Народного Фронта. В статье III стороны брали на себя обязательство "гарантировать лицам, живущим на момент подписания настоящего договора на территориях Российской Федеративной Социалистической Республики и Латвийской Республики и являющимся ныне гражданами СССР, право сохранить или получить гражданство Российской Федеративной Социалистической Республики или Латвийской Республики в соответствии с их свободным волеизъявлением". Этот договор был ратифицирован Верховным Советом Латвийской Республики 13 января 1991 года.

        Однако сразу после того, как в Москве был подавлен путч ГКЧП, Латвия вышла из состава СССР, а в ноябре 1991 года, согласно постановлению Верховного Совета Латвии, почти 800 тысяч жителей этой страны оказались без гражданства.

        Сейчас, когда СМИ и официальные лица России поднимают вопрос о положении русскоязычного населения в Латвии, в ответ слышатся упреки, что русские вмешиваются во внутреннюю жизнь демократического государства. Но ведь сегодняшние законы о натурализации появились только в 1998 году, после вмешательства ЕС и давления со стороны России. До этого имели место квоты и разнообразный произвол, препятствовавшие натурализации нелатышского населения, и существовали дискриминационные меры в отношении неграждан. Термин "негражданин" изобретен латышскими политиками и в международном праве вообще отсутствует. На данный момент в Латвии насчитывается около 470 тысяч неграждан или 45 % от всего русскоговорящего населения. При этом 130 тысяч из них – люди старше 60 лет, которым уже сложно выучить второй язык. Но латвийские официальные лица предпочитают приводить другую цифру: более 17 тысяч детей в Латвии родилось у неграждан после 21 августа 1991 года, и эти дети в любой момент могут получить гражданство, т. е. получить статус выше, чем у их родителей. Сегодня так выглядят новые "народнические" измышления страны, называющей себя демократической.

 

Эстония

        Эстонские русскоязычные неграждане чувствуют себя несколько лучше, чем их латышские "собратья", хотя бы потому, что у них есть возможность голосовать на местных выборах наравне с гражданами. Но социологические опросы в этой стране показывают, что при оценке положения эстонцев и неэстонцев в обществе, почти 90 % неэстонцев ответили, что положение у эстонцев лучше, чем у неэстонцев, возможностей у них больше. Среди эстонцев так считают 73 %. Подобные убеждения ведут к отчужденности, "маргинализации" в эстонском обществе.

 

ЯЗЫК

 

        Тесно связан с вопросом о гражданстве языковой вопрос. Впечатляющие цифры о количестве русскоязычного населения (Латвия – 40 %, Эстония – 30 %) заставляют задуматься о необходимости принятия закона о втором государственном языке.

 

Латвия

        Латвийские политики об этом даже не хотят слышать. На официальном сайте Кабинета Министров Латвийской республики в разделе "О Латвии" выделяются основные национальности: латыши – 58,6 %, ливы – 0,008 % и прочие национальности: русские – 28,8 %; белорусы – 3,9 %, украинцы – 2,6 %, поляки – 2,5 %, литовцы – 1,4 %, прочие – 2,2 %. Если даже на сайте высшего государственного управления русская община численностью в 29 % относится к числу прочих национальностей, то рассчитывать на введение второго государственного языка ей точно в ближайшее время не стоит. Но русскоязычное население Латвии, как и партии, представляющие русскую общину в латвийском парламенте, в качестве основных политических целей видят ликвидацию массового безгражданства, придание официального статуса русскому языку на муниципальном уровне и восстановление системы образования на русском языке.

        Очередной виток напряженности вызвала скандальная "Реформа-2004", в результате которой учителя в русских школах вынуждены преподавать детям предметы на латышском языке, большую часть времени занимаясь переводом терминов с русского на латышский.

        Цель реформы, конечно же, не мифическое повышение конкурентоспособности русско­язычного населения, а насильственная ассимиляция и полная ликвидация преподавания на русском языке. Первого сентября 2004 года на улицы Риги вышло около 30 тысяч противников реформы, но официальные власти предпочли не замечать проблему. Президент Латвии не боится вступать в прения с ЕС. Напомним, что, согласно закону Евросоюза, если национальное меньшинство составляет в стране более 20 % населения, язык этого меньшинства автоматически становится вторым государственным языком. Госпожа Вике-Фрайберга всего через две недели после вступления Латвии в ЕС в одном из своих интервью заявила, что этот закон для Латвии "не писан". Когда же ей пытаются указать на опыт таких двуязычных стран, как Канада или Бельгия, она утверждает, что в Латвии иная ситуация и русское и русскоязычное население "недостаточно лояльно относится" к нынешним латвийским властям.

 

Эстония

        В Эстонии вопрос об образовании на русском языке до последнего времени был не настолько острым. В стране 85 школ с преподаванием предметов на русском языке. Но совсем недавно правительство Эстонии приняло решение о том, что гуманитарные предметы в русских школах должны преподаваться на эстонском. Это заявление вызвало акции протеста.

        Эстонцы, со своей стороны, упрекают Россию, в последние годы активно отстаивавшую права русскоязычного населения Прибалтики, за ее политику в Республике Марий Эл, где, по их мнению, подавляется этническое самосознание титульного финно-угорского народа.

        В существующих условиях не лишним было бы вспомнить 1922 год. Тогда шведоязычному населению Финляндии, при вмешательстве Лиги Наций в конфликт между Швецией и Финляндией, удалось добиться того, что шведский язык был признан вторым государственным языком, каковым он и остается спустя более чем 80 лет. Хотя число шведо­язычного населения Финляндии не превышает 6 %. К 1991 году на территории Финляндии находился 21 шведский муниципалитет. Но ООН и другие международные организации сейчас заняты иными вопросами, поэтому русскоязычным жителям Прибалтики отстаивать свои интересы приходится самостоятельно.

 

КОМПЕНСАЦИИ

 

        Еще одна тема в российско-балтийских отношениях сегодня – проблема компенсаций за "оккупацию" Прибалтики Советским Союзом. Политики стран Балтии вполне серьезно начали обсуждать тему компенсаций Россией прибалтийским странам за нанесенный урон во время оккупации.

 

Литва

        Когда прибалтийские страны вступили в ЕС и НАТО, вопрос компенсаций переместился в официальную плоскость. Сначала с требованиями компенсаций выступил президент Литвы, казалось бы более лояльно настроенной к России. В одном из своих интервью Адамкус заявил: "Россия не менее чем Литва должна быть заинтересована в восстановлении исторической справедливости. Россия стала правопреемницей разрушенной советской империи. Следовательно, в политическом смысле приняла на себя и ответственность за последствия оккупации". Прагматичные литовские парламентарии не стали мелочиться и назвали сумму компенсаций в 20 миллиардов долларов.

        Президент Адамкус в упоминавшемся выше интервью, правда, успокоил российских налогоплательщиков тем, что вопрос о компенсации если и будет поставлен, то не в ближайшее время.

 

Эстония

        Эстонские экономисты решили не ловить журавля в небе, а "удержать синицу в руке" и потребовали от России, как правопреемницы СССР, компенсаций на сумму всего 4 миллиарда долларов.

 

Латвия

        Дальше всех в претензиях к России зашла Латвия. В латвийской прессе называются суммы от 50 до 100 миллиардов долларов, притом весь годовой бюджет Латвии составляет около 5 миллиардов долларов США. Страна лет 20 может вообще ничего не делать, а только использовать российские компенсации себе на благо. Госпожа Вике-Фрайберга, в отличие от господина Адамкуса, не собирается давать Москве передышки. Она намекнула, что Латвия будет добиваться компенсации от России через международный суд. И она, как латвийский президент, уже дала поручение юристам и историкам "обобщить сведения о вреде, нанесённом Латвии коммунистическим режимом". Министр по особым поручениям в делах общественной интеграции Нилс Муйжниекс заявил в интервью "Известиям": "Деньгами такие потери, которые понесла Латвия в период оккупации, компенсировать невозможно. Но Россия ведь пообещала выдать компенсацию полякам, пострадавшим в сталинских лагерях. Это очень интересный прецедент". Видимо, от данного прецедента отталкивается этот специалист в области международного права, добиваясь компенсации от России. В мае 2005 года латвийский сейм принял в окончательном чтении Декларацию "Об осуждении коммунистического и тоталитарного советского строя и его приспешников". В документе не только осуждается коммунистический режим СССР, но и собраны все претензии к России, в том числе морального, правового и финансового характера. В декларации парламентарии, в частности, указали на необходимость "требовать у России возмещения ущерба за причиненные советским строем убытки". Для этого депутаты предложили Кабинету министров в трехмесячный срок создать рабочую группу, которая подсчитает объем соответствующего ущерба. Чтобы определить его с наибольшей точностью, предполагалось запросить у России доступ к "кремлевским архивам".

        Правительство с ответственностью отнеслось к поручению депутатов, и в указанные сроки комиссия была создана. Премьер-министр Латвии Айгар Калвитис заявил, что первой задачей комиссии будет выработка методологии и оценка опыта других стран в подсчете такого ущерба. Помимо подсчета кремлевского долга комиссия также должна определить количество жителей страны, высланных в ходе массовых депортаций. При этом Калвитис заявил, что деятельность этой комиссии не является недружественным шагом по отношению к России. В этой связи очень выразительно звучат высказывания депутата латвийского парламента от "Союза зеленых и крестьян" Леопольда Озолиньша. "Что значит – Россия не может выплатить компенсацию? Россия – богатая страна: у нее бриллианты, олигархи, компании, зарегистрированные в оффшорных зонах! Германия же выплатила компенсацию Израилю, а почему Россия не платит?" По его словам, минимальная ставка для России составляет 20 миллиардов долларов, а по большому счету, Кремль должен выплатить по миллиарду за каждый год оккупации. Понятно, что официальный Кремль всерьез эти требования не воспринимает, но нервозность в дискуссиях с зарвавшимися соседями подобные инициативы вносят.

 

БЫЛА ЛИ ОККУПАЦИЯ?

 

        Вопрос этот, по всей видимости, еще не раз будет возникать, и его будут поднимать как политические деятели балтийских государств, так и представители других стран. Как сделали весной 2006 года американские конгрессмены, потребовавшие от России официального признания того, что в период с 1940 по 1991 год она "незаконно оккупировала" Латвию, Литву и Эстонию. Президент Польши назвал отказ российского руководства признать советскую оккупацию Прибалтики шагом "исторически несправедливым и неверным с моральной точки зрения". Попробуем разобраться в сути вопроса и понять, что же было на самом деле.

        В обстановке скатывания Европы к большой войне, советское руководство в силу стратегической важности региона стремилось усилить здесь свое влияние, используя дипломатические средства и активную социальную пропаганду. В марте 1939 года советские представители на переговорах с Англией и Францией недвусмысленно заявили, что Эстония и Латвия входят в сферу интересов СССР. Западные демократии отказались рассматривать проблему Прибалтики в этом ключе, а Мюнхенское соглашение 1938 года убедительно показало лидерам СССР, кто является вершителем европейских судеб и каким образом решаются важнейшие внешнеполитические вопросы. Советское руководство вынуждено было вступить в переговоры с Германией для усиления своего влияния в Прибалтике. Существует много разных взглядов на пакт Молотова-Риббентропа, в том числе и в России. Но то, что этот договор был большим внешнеполитическим успехом советской дипломатии, признавал еще Уинстон Черчилль, писавший в воспоминаниях, что "им (Советам) нужно было силой или обманом оккупировать Прибалтийские государства и большую часть Польши, прежде чем на них нападут. Если их политика и была холодно расчетливой, то она была также в тот момент в высокой степени реалистичной".

        При этом нужно отдать должное советскому руководству – всё было проделано в высшей степени качественно и осторожно. Поделив с Германией сферы влияния в Восточной Европе, Советский Союз не бросился сломя голову оккупировать территории, на которые претендовал, а дождался, пока Гитлер вступит в войну с Польшей, затем займет польскую столицу. В условиях развала польского государства советские войска заняли территорию, на которой жили белорусы и украинцы, а также Виленскую область, не став при этом оккупировать территории, где жили поляки. Граница Советского Союза отодвинулась на запад вплоть до "линии Керзона", которая в 1920 году была проигнорирована поляками во время заключения с Советской Россией Рижского мирного договора. Вместо территорий с преимущественно польским населением, СССР, "обменявшись" с Германией, включил в сферу своего влияния Литву.

        В условиях начавшейся Второй Мировой войны, когда Англия и Франция вели с нацистской Германией так называемую "странную войну", практически проигнорировав требования поляков выполнять союзнические обязательства, мировая общественность "не заметила" того факта, что СССР занял польские территории. В основном из-за того, что все понимали: СССР, во-первых, начал выстраивать свою линию обороны, а во-вторых – территории Западной Украины и Западной Белоруссии изначально, до Рижского мирного договора между Советской Россией и Польшей, признавались сферой влияния Москвы. В равной мере с этим пришлось мириться и по отношению к Прибалтике. Кремль очень осторожно повел себя в вопросе с прибалтийскими режимами.

        В конце сентября 1939 года были приняты соглашения о советских военных базах на территории Эстонии. Затем такие же договоры были заключены с Латвией и Литвой. При этом нужно признать, что правительства этих стран приходилось убеждать, даже прибегать к форме ультиматумов. В качестве дополнительных аргументов на границах с прибалтийскими государствами дислоцировались войска РККА. После ввода советских войск на территорию Прибалтики первоначально советское государство проводило политику полного невмешательства во внутренние дела, стараясь "не раздражать" Англию и Францию. Но уже к весне 1940 года советско-литовские отношения стали напряженными. К примеру, литовская политическая полиция участвовала в похищении красноармейцев и, соответственно, отказывалась расследовать эти инциденты.

        Четырнадцатого июня Литве выдвигается ультиматум: следующее правительство должно стать просоветским. Два дня спустя Молотов вручил аналогичные ультиматумы латвийскому и эстонскому посланникам. Правительства трех прибалтийских республик их приняли.

        По соглашению сторон на территорию Прибалтики вводится дополнительный контингент РККА. Пятнадцатого и шестнадцатого июня советские войска заняли большую часть территории Литвы и получили задачу вступить на территорию Эстонии и Латвии. С семнадцатого по двадцать первое июня при помощи советских эмиссаров были созданы "народные" правительства, началось разоружение населения и военных организаций.

        Говоря о последствиях этих действий СССР, следует иметь в виду, что сложная многоходовая комбинация советского правительства, вступившего во Вторую Мировую войну в качестве третьей силы, позволила навязать Эстонии, Латвии и Литве договоры о взаимопомощи. Это дало Москве легальный рычаг влияния в регионе. Поражение Франции в войне против Германии и изгнание англичан с континента дали возможность СССР, формально не нарушая международного права, вернуть контроль над утраченным по итогам Первой Мировой войны регионом, советизировать его и подготовить плацдарм на границе с Восточной Пруссией в будущей войне. Победа Советского Союза в Великой Отечественной войне и его вклад в общую победу над Германией, в свете новой Ялтинско-Потсдамской системы международных отношений, позволили закрепить за СССР право на аннексию им территорий прибалтийских государств. Когда же 1 августа 1975 года в Хельсинки 35‑ю государствами Европы и Северной Америки был подписан Заключительный акт "О безопасности и сотрудничестве в Европе", по которому подписавшиеся государства признавали суверенное равенство и своеобразие друг друга, аннексия прибалтийских государств Советским Союзом окончательно была признана международными правовыми актами.

        После развала Советского Союза прибалтийские государства обрели независимость, и взаимоотношения с Россией у этих государств складываются не самым лучшим образом. Представители "основных" наций, особенно в Латвии и Эстонии, считают, что большая "авторитарная" Россия скатывается к сталинизму и в этих условиях Прибалтика выступает своеобразным щитом демократического мира от русских, а русскоязычные общины в прибалтийских странах являются не чем иным, как "пятой колонной" большого соседа, испытывающего ностальгию по утерянной империи. В этом контексте в странах Балтии происходит коренной пересмотр исторических событий времен Второй Мировой войны. Даже устанавливаются памятники ветеранам войск СС, а официальные лица, когда им об этом напоминают российские журналисты, призывают "не воспринимать всё это слишком драматически", как сказал эстонский политик Урмас Рейнсалу в одном из своих интервью российской прессе.

        В Латвии официальные власти открыли "Музей оккупации". Регулярно устраиваются его так называемые "выездные сессии" по европейским городам, планируется включить экскурсию в обязательную программу приема гостей, особенно для официальных лиц. Лидеры приграничных с Россией государств всё чаще встречаются и обсуждают взаимоотношения с Россией. Фактически можно говорить о втором рождении идеи "санитарного кордона", где прибалтийским государствам отводится важнейшая роль. Прибалтийские и восточноевропейские политики не приветствуют сближение с Россией старых членов ЕС, в частности Германии и Франции. Безусловно, на этом фоне отношения между нашими странами едва ли в ближайшее время будут развиваться по восходящей линии. Но, тем не менее, искать точки соприкосновения нужно.

        Какие же могут быть варианты дальнейшего развития отношений России с прибалтийскими странами? Здесь есть сторонники жесткого сценария. Например, объединившись с Белоруссией, максимально изолировать прибалтийские государства от ЕС, потребовав от Литвы Виленскую область и Клайпеду. Довести цены на газ, поставляемый в прибалтийские государства, до уровня мировых, максимально сократить с ними все экономические отношения. Бойкотировать прибалтийские товары, как это было сделано в случае с латвийскими шпротами, когда журналисты одной весьма известной российской газеты обратились к народу с лозунгом: "Купил латвийские шпроты – помог ветеранам СС". Нельзя сказать, что этот бойкот сильно повлиял на производителей латвийских шпрот, но шум от этой акции был слышен, как минимум, в российской столице. Нужно отметить, что если подобные акции будут устраиваться не только в Москве, но и по всей России, и не как одиночный "пиар-проект", а регулярно – уменьшить прибалтийский экспорт в Россию этими акциями удастся. Стоило бы, используя результаты исследований Счетной Палаты РФ, потребовать компенсации за вывод наших войск с территорий этих государств, выполнения других финансовых обязательств. К слову, согласно выводам Счетной Палаты РФ, долг прибалтийских государств составляет около 3 млрд. долларов США. Но такой сценарий вряд ли приемлем. Если поддержка русской диаспоры и другие разумные политические шаги России оправданы, чтобы не терять уважение в глазах мирового сообщества, то намеренно идти на ухудшение взаимоотношений едва ли разумно. Хотя все дипломатические инициативы Кремля воспринимаются странами Балтии однозначно негативно.

        Признание в середине июля 2005 года официальными российскими лицами аннексии стран Балтии, но без признания факта оккупации, было воспринято негативно, как недостаточное для раскаяния. Осуждение пакта Молотова-Риббентропа Верховным Советом СССР в 1989 году тоже воспринимается как явно недостаточный шаг, осудивший не саму "аннексию-оккупацию", а только договор СССР и Германии.

        Теперь уже очевидно, что к согласию государства не придут быстро и безболезненно. России можно было бы добиваться своих интересов через размежевание "единого лагеря прибалтийских государств". К примеру, акцентировать свои экономические симпатии на более лояльной Литве, ужесточив позиции по отношению к двум другим государствам. Необходимо лучше работать с европейскими структурами, которые могли бы выступать посредниками в установлении более приемлемых отношений с балтийскими странами. Вероятно, прагматика бизнеса могла бы вывести наши отношения на более высокий уровень. Но, как показывают последние события, в частности практически не действующие договоры о границе с Латвией и Эстонией, развитие бизнеса пока не улучшит взаимоотношения.

        Выход можно найти, как минимум, в прагматичном экономическом взаимодействии, поддержке и объединении наших общин в прибалтийских странах. Это приведет к тому, что прибалтийских русских услышат в Европе. Когда там придет признание русской диаспоры, российская политика в балтийском регионе станет более консолидированной. Рано или поздно всем придется отказаться от борьбы за чистоту нации. Здесь нельзя прийти к исключительности. Давно смешались племена и нравы, народам пора повзрослеть, понять и принять эту данность.